Многим переболевшим COVID-19 плохо и после выписки. Главное о пандемии из зарубежных СМИ

Итальянский корреспондент The New York Times поговорил с врачами и людьми, которые больше не считаются больными COVID-19, и выяснил, что иногда симптомы болезни не проходят спустя недели после выписки, а иногда сохраняются два месяца. Полное восстановление после инфекции может затянуться.

Источник: tass.ru

  • Выздоровевшие жалуются на боль в горле, мышцах, костях, притупление чувств, расстройство живота, слабость, утомляемость, жар.
  • Сколько займет полное выздоровление, нельзя сказать по тяжести болезни или возрасту пациентов. Даже молодые и те, у кого не началась пневмония, иногда поправляются долго.
  • После болезни люди чувствуют себя то лучше, то хуже без какой-то закономерности. Иногда новые симптомы появляются на второй месяц после выписки.

Почему так происходит, непонятно, но итальянские политики правого толка призывают внимательнее изучить такие случаи.

Уменьшение вреда вместо нулевого риска

Эпидемиолог Джулия Маркус из Гарвардской медицинской школы на сайте The Atlantic призывает разработать рекомендации, которым действительно можно следовать. Люди устали от ограничений. Чем дальше, тем тяжелее их соблюдать, а жить как-то надо.

Идея Маркус заключается в том, чтобы не пытаться свести риски к нулю (это может дать обратный результат), а поощрять поведение, которое несет низкие риски. Маркус вспоминает первые годы эпидемии ВИЧ/СПИД. Тогда болезнь считалась «заразой геев», и им говорили отказаться от секса. Но мало кто способен полностью исключить эту сторону жизни. В 1983 году появилась брошюра «Как заниматься сексом во время эпидемии», где говорилось о презервативах и о том, какие контакты опаснее других.

Запретить людям видеться из-за COVID-19 тоже невозможно, не говоря уже о том, что изоляция вредит душевному здоровью и экономике. Но и вернуться к прежней жизни пока нельзя. Поэтому нужна стратегия снижения вреда.

  • Следует определить более и менее опасные занятия. По-видимому, долгие и близкие контакты, сборища в закрытых помещениях опаснее, чем встреча на улице. Устраивать дома вечеринки, вероятно, рано. Велосипедист вряд ли кого-то заразит. Также стоит подумать, как переделать помещения и открытые пространства, чтобы люди не толпились, воздух не застаивался.
  • На решения людей влияет ситуация. Пробежка с другом может противоречить рекомендациям, но для тех, кому в одиночестве приходится особенно тяжело, польза способна перевесить риск. Вдобавок для кого-то изоляция — это роскошь: они просто не могут ее соблюдать.
  • Многие люди все равно будут рисковать, несмотря ни на что, но они должны знать, как уменьшить опасность. Если хочется встретиться с друзьями, то лучше сделать это на улице, надеть маски, не делиться едой и напитками, чистить руки.

Маркус напоминает, конца эпидемии не видно. Если не объяснить, как жить в это время, каждый сформулирует собственные правила.

Где универсальные антивирусные лекарства?

В Smithsonian Magazine объяснили, почему нет противовирусных лекарств по-настоящему широкого спектра действия, как антибиотики. Причин несколько.

  • Если брать вообще все вирусы, инфицирующие человека, то у них нет какого-то общего механизма. Можно надеяться, что препарат будет действовать на целое семейство вирусов, в идеале — на несколько семейств, но не на все сразу.
  • Вирусы чрезвычайно малы: в сотни раз меньше бактерий. Из-за этого в них труднее «попасть» лекарством, особенно если целиться в редкие общие участки.
  • Чем шире спектр действия вещества, тем больше вероятность, что оно будет действовать и на клетки хозяина. Исключение — препараты, которые изначально нацелены на клетки человека, например, те, что мешают вирусу копироваться (к ним относится ремдесивир, показавший обнадеживающие результаты при COVID-19). Но у таких средств зачастую много побочных эффектов.
  • Фармацевтические компании не заинтересованы в разработке лекарств, которые могли бы помочь в случае, если какой-нибудь вирус перекинется на человека, как SARS-CoV-2. Это дорого, а окупятся ли затраты, неизвестно. Государство же охотнее финансирует разработки для решения существующих, а не гипотетических проблем.

Не стоит надеяться, что появится суперлекарство, но средство против хотя бы нескольких вирусов возможно. Для этого нужно проверять, эффективно ли вещество в случае с возбудителями, для борьбы с которыми оно изначально не предназначено. Так и получилось с ремдесивиром, препаратом для лечения лихорадки Эбола. Но клинические исследования стоят дорого. Пока власти готовы финансировать работу, но когда пандемия закончится, интерес к антивирусным средствам широкого спектра опять поубавится.

Нужны добровольцы, чтобы разобраться с потерей вкуса и обоняния

Сайт Discover Magazine рассказал о двух исследованиях, в ходе которых ученые рассчитывают получше разобраться с потерей обоняния и вкуса при COVID-19. Известно, что эти симптомы встречаются довольно часто, но только и всего. Оба исследования еще идут, и в них можно поучаствовать из дома.

Одно проводит группа Global Consortium for Chemosensory Research. Ученые ищут людей с респираторными заболеваниями (не только COVID-19, но и с простудой или гриппом) или тех, кто недавно переболел. Им нужно заполнить анкету (есть на русском и еще 27 языках). «В процессе опроса мы зададим вопрос о вас, вашем заболевании, вашей способности воспринимать запах, вкус, дышать носом, ощущать аромат пищи. Это займет не более 10–15 минут», — пишут авторы. Похожее исследование проводят на сайте Smelltracker, но там нет версии на русском языке.

Подготовил Марат Кузаев

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *