Игорь Головатенко: С удовольствием провожу время с моей семьёй!

Свалившийся на всех нас коронавирусный период разделил нашу жизнь на до и после, но «после» ещё не наступило… Культурная жизнь России, поражённая этим несчастьем, неожиданно очень плавно встроилась в глобальный процесс сражения с опасной инфекцией.

Источник: newsmuz.com

Мировое культурное пространство быстро переустроилось: закрылись театры и концертные площадки по всему миру. Никто не знает, когда всё вернётся в прежнее русло и вернётся ли вообще. Контракты, гастроли – всё замерло в ожидании лучших времён.

Глобальной театрально-концертной площадкой стал интернет. В глобальную сеть вышли с очень интересными программами прямых трансляций оперные театры по всему миру, самые престижные мировые концертные площадки предъявили свои программы. Знаменитые артисты, соблюдая режим самоизоляции, стали общаться со своей публикой напрямую и исполнять произведения из своего репертуара прямо в интернете.

Многие вернулись домой, не завершив намеченные спектакли в связи со сложившейся ситуацией. Это обстоятельство позволило изданию NEWSmuz.com задать несколько вопросов оперному певцу с мировой славой, баритону Игорю Головатенко, солисту Большого театра и Новой Оперы. Певец вернулся из Мюнхена, где состоялся его дебют в опере «Разбойники» Дж. Верди. Прошёл только один спектакль из премьерной серии. Теперь певец в Москве.

Игорь Головатенко (слева) в премьере «Разбойников»

— Как прошёл Ваш мюнхенский период?

— Репетиционный период был довольно долгим, что естественно для новой постановки. В общем, это зависит, конечно, от конкретного театра, режиссёра, методов его работы с артистами, от самих исполнителей, стиля работы дирижёра, его индивидуального подхода и так далее, здесь сочетаются многие факторы. В нашем случае репетиции длились почти шесть недель — приличный срок, если учесть, что практически никто из нас, кроме дирижёра Микеле Мариотти и сопрано Кармен Джанаттазио (последняя, к великому сожалению, так и не спела свой спектакль из-за отмены), не знал этой оперы и не исполнял её прежде.

Признаться, я получил большое удовольствие и от прекрасной, необычной и новой для меня музыки, написанной великим Верди, и от работы с замечательными коллегами — Дианой Дамрау, Чарльзом Кастроново, интереснейшим режиссёром Йоханнесом Эратом, поставившим, кстати, несколько лет назад в Баварской опере «Бал-маскарад». Не могу сказать, что эстетическая направленность «традиционной» немецкой режиссуры мне близка, скорее наоборот. Но мне всегда интересно, как режиссёр воплощает замысел, насколько его решение расходится либо совпадает с идеей композитора, какие новые краски он может предложить мне как исполнителю, как постановка будет выглядеть в целом…

Очень интересно наблюдать весь постановочный процесс, сложный, противоречивый… Например, мою сцену в четвёртом акте (Sogno) Йоханнес переделывал, наверное, не меньше четырёх раз, а то и больше. Меня это не только не раздражало, но вызывало огромное любопытство, наряду с восхищением. Мы все работали вместе, прислушиваясь к пожеланиям друг друга — кстати, режиссёр невероятно заботливо относился к чисто певческой, акустической стороне дела: постоянно спрашивал, удобно ли нам петь в той или иной позе, не слишком ли далеко мы стоим, будет ли нас слышно, видно ли нам дирижёра — большая редкость со стороны постановщика в наши дни! В целом, «мюнхенский период» прошёл очень продуктивно, работалось отлично, с большим подъёмом, что, на мой взгляд, отразилось положительно и на самом спектакле, и на моей вокальной форме.

— Была ли представлена на сцене опера, которую Вы репетировали?

— Да, опера была представлена, премьера прошла 8 марта с огромным успехом. Даже боюсь сосчитать, сколько раз нас вызывали на сцену! После того, как занавес окончательно закрыли, нас ещё вызывали несколько раз — публика никак не желала расходиться! Мы были все безумно счастливы! Мы и подумать не могли, что так печально всё закончится… Никто совершенно не подозревал об отмене… Правда, слухи ходили, но всё же точно никто не знал.

Накануне второго спектакля, а именно 10 мая, каждый из нас получил письмо с официальным уведомлением из театра, что все спектакли до середины апреля (на тот момент) отменяются. Конечно, нам «повезло» больше, чем нашим коллегам, приехавшим на репетиции других спектаклей, например, «Бориса Годунова» — им пришлось уехать домой, даже не начав репетировать.

Сегодня, когда я пишу этот текст, становится ясно, что ситуация с повсеместными отменами спектаклей поистине чудовищная — вероятно, до сентября (в лучшем случае) возобновления работы театральных коллективов ждать не стоит. Надеюсь всё же, что зараза будет побеждена и мы вернёмся к нормальной жизни, хотя прежней она уже не будет.

— Был ли урегулирован вопрос с костюмами с постановщиками?

— Должен сказать, что все вопросы, касающиеся костюмов, грима, техники безопасности при нахождении на сцене (там была очень сложная вращающаяся конструкция, что требовало повышенного внимания и создавало дополнительные сложности как для певцов, так и для машинистов сцены), — все эти вопросы рассматривались исключительно с точки зрения максимального удобства, комфорта для исполнителей. Спектакль был очень сложен технически — на сцену постоянно выезжали разные столы, что-то опускалось под сцену, что-то поднималось, кто-то вылезал из люков — даже при сегодняшней технической оснащённости Баварской оперы, всё это представляло большие трудности для постановочной группы. Были отдельные репетиции для вращающейся конструкции со столами, например (солистов не вызывали). Отдельные вызовы предусматривались для артистов миманса, которые выбирались из-под сцены, открывая специальные замаскированные люки. На оркестровых прогонах, впрочем, весь спектакль со всеми, так сказать, «наворотами», проекциями, внезапными появлениями артистов из-под сцены и т. д. — смотрелся весьма впечатляюще!

С костюмами тоже не было никаких проблем: художник Каспар Гларнер создал не только прекрасные эскизы, но и сделал всё возможное, чтобы певцам было удобно двигаться и петь.

— Будет ли всё-таки представлен «Онегин» в онлайн варианте в «Новой Опере»?

— Пока, к сожалению, ничего не могу обещать. Когда я вернулся из Германии после отмены всех последующих спектаклей «Разбойников», я выдержал дома положенный двухнедельный карантин и собирался спеть 28 марта сокращённую версию «Онегина» в Новой опере, а также небольшой концерт 29 марта. За пару дней до спектакля мне позвонил Дмитрий Сибирцев, директор театра, и сказал, что, ко всеобщему огорчению, всю деятельность в театре придётся теперь остановить по причине пугающего и чрезвычайно скорого распространения коронавируса в Москве.

В Большом театре я даже и не появлялся с момента возвращения домой, выписанный мне во время карантина больничный лист пока лежит у меня в ящике стола. Здесь ничего не поделаешь, надо переждать это странное и страшное время, очень надеюсь, что всё образуется и все мы снова будем заниматься любимым делом.

Игорь Головатенко

— Какие ещё у Вас творческие планы?

— Ответ на этот вопрос теснейшим образом связан с нынешней ситуацией, особенно когда она меняется чуть ли не каждый день. Хорошо помню, как я вернулся в Москву 12 марта, ещё ничего, как говорится, не предвещало начала большой эпидемии у нас. Сейчас мои планы ограничиваются пребыванием дома, общением с моими дорогими детьми, мы вместе учимся, занимаемся музыкой (скоро экзамены онлайн!), читаем книги, смотрим интересные фильмы, трансляции спектаклей… Не могу сказать, что мне скучно, скорее наоборот. Думаю, что нет худа без добра, как говорится, и я с удовольствием провожу время с моей семьёй, чего бы, скорее всего, не было, если бы не случилось этого временного заточения…

Желаю всем спокойствия, радости и здоровья в этот совсем нелёгкий период. Всё пройдёт, надо лишь переждать. По возможности оставайтесь дома и будьте здоровы!

Вернувшись в Москву, Игорь Головатенко стал участником программы интернет-трансляций театра «Новая Опера». Многомиллионной аудитории были представлены в новом формате две концертные программы в исполнении певца. Аккомпанировал ему Дмитрий Сибирцев, директор театра «Новая Опера». Были исполнены романсы Сергея Рахманинова, а вторая программа состояла из сочинений итальянских композиторов. Новый формат позволяет вернуться к этим концертам, прослушать их ещё раз, отвлечься от повседневных непростых проблем, повысить свой эмоциональный фон, что является действенным средством в борьбе с любыми вирусами внешнего мира. Высокое искусство оказалось на передовых позициях борьбы с коронавирусом.

Людмила КРАСНОВА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *