Глава отдела науки UFC Performance Institute: Хабиб — настоящий трудяга

Представляем интервью главы отдела науки UFC Performance Institute россиянина Романа Фомина. Роман рассказал, как попал работать в UFC PI и о своей деятельности в этой организации.

Источник: allboxing.ru

— Тот факт, что отдел науки UFC Performance Institute возглавляет россиянин, станет настоящим откровением для неискушённого зрителя смешанных единоборств. Как вам это удалось?

— Два с половиной года назад я выиграл конкурс. При этом с 2011 года жил в Портленде. Работал преимущественно в США, частично в Финляндии.

— В какой сфере?

— В компании, которая создавала технологии для измерения физического состояния спортсменов перед тренировкой. В UFC PI мы её также используем.

— Как узнали про вакансию в UFC PI?

— Увидел объявление, что в Лас-Вегасе открывается Институт подготовки спортсменов UFC. Это привлекло моё внимание, ведь в своё время я защищал диссертацию по этой теме, работал с борцами, боксёрами, в том числе и российскими. Меня это вдохновило. Решил перейти на другой уровень и подал заявку.

— А почему решили реализовываться именно в сфере ММА?

— Во-первых, ММА меня вдохновляет. Соприкасался с этим всю свою жизнь. Началось ещё в школе. Находился в профильном классе, где на протяжении двух лет занимался армейским рукопашным боем. Потом был связан с борцами, дзюдоистами, самбистами. Кроме того, все мои научные изыскания были сопряжены с единоборствами.

— На ваше решение повлиял тот факт, что MMA — довольно молодой вид спорта, который находится в стадии развития?

— Да, в сравнении с боксом смешанные единоборства эволюционируют, растут. Хочу стать частью этого процесса и направлять его в более правильное русло.

— Но почему всё-таки выбрали не бокс? Ведь до недавнего времени работа в нём была гораздо более выгодной в финансовом плане.

— Такой вариант не рассматривал. Меня вдохновила идея, что ММА превратился в полноценный спорт. А лидер рынка в лице UFC создал институт, в котором собраны все условия для повышения уровня спортсменов. Физическая подготовка, реабилитация, питание — всё это находится в одном кластере. Захотелось быть частью этого.

— Что конкретно входит в ваши задачи?

— Курирую науку — всё, что касается инноваций, технологий, научных исследований, сопровождения атлетов.

— А если конкретизировать?

— После того как к нам приходит боец UFC, наша команда собирает о нём всю возможную информацию — о его физических качествах, готовности, функциональном состоянии, травмах. На основании этого создаётся его профиль, позволяющий выявить сильные и слабые стороны.

— Как происходит этот процесс?

— Путём проведения тестирования, оценок, измерений. С применением высокотехнологичного оборудования.

— Сколько тестов включает это обследование?

— Около полутора десятков. Если у спортсмена есть одна-две недели, то мы проводим ему весь спектр тестов. Также наша команда измеряет его метаболизм в состоянии покоя, состав тела.

— При этом не все бойцы Абсолютного бойцовского чемпионата пользуются услугами UFC PI. Что касается процесса привлечения, спортсмены сами выражают желание воспользоваться услугами вашего центра или руководство промоушена направляет к вам особо перспективных?

— Наш подход достаточно прост и понятен. Если вы боец UFC, то у вас есть возможность прийти к нам и воспользоваться возможностями института. Условия равны для всех атлетов, которых на данный момент насчитывается около 600. Мы не занимаемся принуждением. Если человек приходит и просит подтянуть ему «физуху», то мы помогаем ему в этом аспекте. Если кого-то волнует профилактика травмы — занимаемся этим.

— Сколько времени бойцы обычно проводят в UFC PI?

— По-разному. Кто-то приезжает на два дня, кто-то остаётся на два месяца и проводит весь лагерь перед поединком. Здесь они тренируются дважды в неделю, получают питание. Таких мы называем «местными атлетами». Их порядка 30—40.

— Назовите несколько «местных атлетов».

— Есть бойцы, которые на 100% вовлечены в процесс. Например, Джоанн Кальдервуд. Ради этого она специально переехала в Лас-Вегас, живёт здесь с мая-июня 2018 года. Регулярно проходит тестирование, работает с командой по физической подготовке. Мы помогаем ей с восстановлением и другими моментами. В общем счёте, мы сотрудничаем с 80% всего ростера UFC.

— Среди них есть российские спортсмены?

— Да, в 20-х числах января приезжал Андрей Орловский, до этого — Алексей Олейник, который уже неоднократно работал с нами. Причём оставался на несколько недель.

— Кто ещё?

— Пётр Ян, Омари Ахмедов, Саид Нурмагомедов. С особой теплотой отношусь к соотечественникам. Помогаю им с переводом. Стараюсь сделать так, чтобы они чувствовали себя максимально комфортно в англоязычной среде, фокусировались на тренировочном процессе, а не на житейских проблемах.

— Планирует ли UFC открывать институт подготовки спортсменов в России?

— На данный момент промоушен рассматривает несколько стран, Россия определённо находится в их числе. Учитывая традиции отечественного ММА и количество поклонников, мы бы хотели способствовать развитию спорта здесь. У нас глобальные амбиции. В июне 2019 года мы открыли UFC PI в Шанхае и планируем развиваться дальше.

— Насколько мне известно, одним из первых клиентов института был чемпион в наилегчайшем и легчайшем весах Генри Сехудо…

— Да, это так. Лично работал с ним перед боем за титул с Ти Джеем Диллашоу.

— Если брать Сехудо, на чём именно была сконцентрирована работа?

— Впервые он приехал к нам в марте 2018 года. Мы поговорили и начали с того, что провели всестороннее обследование, выявили сильные и слабые стороны. Затем предложили ему оптимальную программу тренировок и технологию, которая на ежедневной основе измеряет его готовность к нагрузкам.

— Как это работает?

— Она анализирует состояние организма и на основании этого мы смотрим, полностью ли восстановился атлет и готов ли он к максимальным нагрузкам. Если нет, то производим соответствующие изменения в тренировочном плане. Таким образом, мы не только предоставляем различные сервисы в Лас-Вегасе, но и удалённо сопровождаем бойцов.

Так, он находился в городе Финикс, штат Аризона, но я мог видеть состояние его организма на своём гаджете. В частности, его головного мозга.

— Впоследствии Сехудо ещё обращался за помощью к UFC PI?

— Да, он использовал эту технологию перед тремя своими последними поединками.

— В своё время Генри выступал в наилегчайшем весе, но потом решил перейти в более тяжёлый дивизион. Учитывая его физические данные, это был правильный шаг для него?

— Как видите, Сехудо остался как быстрым, так и взрывным, так что всё было сделано правильно. Могу сказать, что в нашей организации также занимаются этим вопросом — помогают бойцам определить, в какой категории им удобнее выступать, основываясь на их физических показателях.

— Насколько известно, вы работали с Александром Поветкиным. Какое мнение у вас осталось об Александре?

— С Александром у меня самые тёплые отношения. До сих пор созваниваемся, общаюсь как с ним, так и с его командой. Безусловно, мы взаимодействуем не так, как раньше, но продолжаем контактировать.

— Вас не удивляет, что он успешно выступает в 40 лет?

— Мне тоже 40, но я продолжаю соревноваться — участвую в гонках на велосипедах, занимаюсь десятиборьем. Сейчас у спортсменов есть возможность продлить свою карьеру. Если раньше в этом возрасте сильно падали физические кондиции, то сейчас у нас есть много инструментов, чтобы снизить негативные факторы. Возьмём пример того же Олейника, Йоэля Ромеро, Дэниела Кормье — им всем более 40 лет, но они продолжают выступать. Думаю, средний возраст атлетов будет расти.

— Если взять пример Поветкина и Ромеро, причина их долголетия кроется в уникальных данных организма или в грамотном использовании различных технологий и препаратов?

— Оба фактора играют свою роль. Генетика — это возможности человека, которые вкупе с правильным образом жизни помогают ему добиться успеха в спорте.

— Вы можете назвать Хабиба Нурмагомедова генетически одарённым атлетом? Или он относится к тем, кто сделал себя сам?

— Безусловно, есть какая-то предрасположенность. Нельзя достичь высокого результата, не являясь одарённым атлетом. Но также можно сказать, что Хабиб — настоящий трудяга. Видно, что он очень много и давно работает. Его восхождение на вершину стало результатом системного процесса.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *