Наркотики и криминал: как живут в Гарлеме

0

Наркодилеры, закупающие учебники для местных школ, зашкаливающий уровень преступности, шприцы на каждом шагу и первый бунт по расовому признаку — «Газета.Ru» поговорила с обитателями Гарлема, каково им жить самом небезопасном районе города.

Нью-Йорк — мегаполис, возможно, с самой высокой концентрацией финансовых структур и бизнес-организаций. При разговоре об этом городе человек сразу вспоминает небоскребы, яркие улицы с рекламными баннерами и бесконечное количество легендарных фильмов и сериалов. Однако это все касается лишь центральной и самой благоустроенной части города — Манхэттена. Окраинные районы значительно отличаются от центра Нью-Йорка.

«Большое яблоко» с гнильцой

Географически Гарлем близок к Манхэттену, но на практике ничем не напоминает лощеный центр.

«Я вышел на улицу из метро, и в этот момент вам нужно вспомнить все фильмы про «черные» кварталы. Мне было очень некомфортно идти по улицам. Вокруг очень грязно, много мусора — даже по меркам Нью-Йорка. На каждом шагу полицейские патрули, много бездомных. Часто встречались люди под воздействием наркотических веществ, на станции валялись шприцы, — рассказал «Газете.Ru» Али, больше года живущий в Нью-Йорке по программе Work&Travel и оказавшийся в Гарлеме в поисках подходящего жилья. —

Я встретил одного темнокожего мужчину, он тоже был на своей волне, но хорошо, что я его встретил. Он был моей «защитой», когда мы шли по улице. Людей с моим цветом кожи вообще было мало, поэтому с ним мне было комфортнее».

«Улица опасна для детей, полицейские убивают много людей, дети больше не могут быть в безопасности вне дома. Здесь сейчас очень опасно», — так описывает район 23-летняя жительница Гарлема Тиффани.

Местные жители утверждают, что их сыновья выходят на улицы, так как не могут устроиться на работу. По-прежнему мало тех, кто продолжает свое образование после окончания школы. Джеймс Пэйн, гарлемский бизнесмен, рассказал о своем сыне и его выборе: «Он выбрал быть там (на улице), и я вижу это. Если бы у него было достаточно дисциплины, чтобы понять, что он должен поступить в колледж, делать все и ждать, позволить благам приходить к нему постепенно. Но они не думают на этом уровне».

Наркотики и криминал: как живут в Гарлеме

John Lent/AP

Модель поведения, присущая местным жителям — гарлемитам, передается от поколения к поколению, так как социальные условия в районе не меняются, и молодежь начинает заниматься нелегальными видами деятельности, поскольку для них это один из единственных способов немного заработать и, возможно, повысить свой статус в глазах соседей или банд.

«Я знаю, что некоторые наркодилеры обеспечивают наши школы учебниками, покупают портфели для детей, одежду, просто дают деньги школам. В этом особенность нашего коммьюнити.

Что бы ты ни делал, даже если ты продаешь наркотики, то должен вернуть что-то обществу», — говорит Тиффани.

Строго говоря, Гарлем не может считаться ни настоящими трущобами, ни гетто. Для первого в нем все же слишком много благ цивилизации — коммунальная и иная инфраструктура, распространенная на весь Нью-Йорк. А гетто определяет именно принудительное переселение в район людей, дискриминируемых, например, по расовому признаку.

Банды Нью-Йорка

Основная часть населения района представлена афроамериканцами и мигрантами из Латинской Америки. Массовое заселение Гарлема афроамериканцами и пуэрториканцами начало происходить в 20-е годы прошлого столетия. К 1930-му году доля темнокожего населения в Центральном Гарлеме возросла с 10% до 70%. «Великая депрессия» перечеркнула планы многих на трудоустройство, а поскольку именно мигранты были основной рабочей силой на закрывавшихся предприятиях, по ним это ударило особенно больно. Люди были не в состоянии оплачивать жилье, и их выселяли из домов на улицу.

На фоне обостренной социально-экономической ситуации в районе стали происходить бунты — один из самых крупных, и, по сути, первый современный «расовый» — случился 19 марта 1935 года. Все началось со слухов об избиении подростка-пуэрториканца, пытавшегося ограбить магазин. Сначала демонстрация перед лавкой носила мирный характер, но кто-то из толпы бросил камень в витрину, после чего начался погром предприятий и магазинов, принадлежавших белым гражданам. В результате погибло три человека, сотни были ранены и, по приблизительным оценкам, всему району был нанесен ущерб в размере $2 млн.

Наркотики и криминал: как живут в Гарлеме

Carlos Rene Perez/AP

С тех пор уровень преступности только рос. В 1940 году в районе совершалось около 100 убийств в год. К 1950 году практически все белые покинули Гарлем, а к 1960-му — весь средний класс среди темнокожего населения. Отразилось это и на этническом составе преступности.

Итальянскую мафию, господствовавшую в Гарлеме в 20-е годы, сменили местные банды, которые организовывали афроамериканцы, пуэрториканцы и кубинцы.

Читайте также...
1 из 6 817

В период с 1953 по 1962 годы уровень подростковой преступности возрастал в целом по всему Нью-Йорку, однако показатели по Гарлему были на 50% больше, чем во всем городе. Существенную долю от «преступного пирога» составляла наркоторговля: из 30 тыс. наркозависимых города по состоянию на 60-70 годы 15-20 тыс. человек жили именно в Гарлеме. Наркоманам приходилось красть, чтобы оплачивать покупки новых доз, а дилеры конфликтовали друг с другом за границы торговли и право продавать товар в том или ином районе или насилием решали вопросы после неудачных сделок.

Из-за агрессивной полицейской политики, проводимой с середины 1990-х, разгул преступности удалось если не остановить, то заметно затормозить. Так, по данным Департамента полиции Нью-Йорка, если в 2000 году было зафиксировано 1,7 тыс. грабежей, то в 2010 — уже 1,1 тыс.

^^^«Миллионеры в трущобах»

В последнее время бандитский оскал Гарлема стал постепенно меняться на хипстерскую ухмылку. В районе активно идет процесс джентрификации — как ранее в ставшем синонимом этого слова Бруклине. В результате уровень благополучия местного населения медленно, но верно растет — как и арендная плата за жилье. По крайней мере, население той части Гарлема, что расположена ближе к Центральному парку, представляет собой образованную молодежь, занимающуюся развитием своей карьеры.

«Гарлем сейчас — это новый Уильямсберг (район на севере Бруклина — «Газета.Ru») на этапе развития, — рассказывает «Газете.Ru» Андрей, фотограф, проживающий в Нью-Йорке больше четырех лет. — Цены там уже почти как на Манхэттене. Люди, которые живут здесь, знают, что Гарлем — это лучшая перспектива.

Скажу так, я бы хотел жить в Гарлеме. Начиная с 111 улицы, цены ползут вниз, и это еще даже не конец парка, а рядом везде музеи, колледжи. Очень круто».

Район действительно развивается именно благодаря развитию внутренней инфраструктуры. Это значительно способствует заселению Гарлема студентами и молодыми специалистами. Частью официального возрождения Гарлема можно считать и то, что экс-президент Билл Клинтон в 2001 году открыл офис именно в этом районе. Там же находятся множество библиотек, городских вузов и колледжей Нью-Йорка.

Наркотики и криминал: как живут в Гарлеме

David Handschuh/AP

«Для района превратиться в гетто гораздо проще, чем выйти из этого состояния — прекратить социальную сегрегацию, остановить засилье преступности и улучшить городскую среду», — пояснила «Газете.Ru» архитектор, директор проектов КБ «Стрелка» Екатерина Малеева.

Так, в 1954 году в Сент-Луисе в США был построен жилой комплекс «Пруитт-Айгоу», призванный решить жилищный вопрос для молодых квартиросъемщиков с достатком ниже среднего. В итоге плотность заселения оказалась выше, чем в городских трущобах, а о полноценных общественных пространствах не позаботились.

Комплекс состоял из 33 однотипных многоэтажек, расселение здесь планировалось производить по принципу сегрегации. Отмена этой политики вскоре после появления «Пруитт-Айгоу» не остановила массовый отъезд большинства более обеспеченных квартиросъемщиков. В течение двух лет после заселения в комплексе остались только малообеспеченные жители, на улицах процветала преступность, закрылась районная школа, так как «дети улиц» были неспособны к обучению. А их родители отказывались платить за коммунальные услуги. В 1970 году власти объявили «Пруитт-Айгоу» зоной бедствия и начали отселение жильцов, все кончилось тем, что в 1974 году комплекс сровняли с землей.

Кошмар на улице связан

Предотвратить превращение жилой среды в гетто или попытаться улучшить ситуацию в плохом районе можно, только достигнув баланса интересов и потребностей разных социальных групп, полагает эксперт. «Для района критически важно функциональное разнообразие жилой среды — наличие зданий и территорий, удовлетворяющих разные потребности горожан. Район с большой вероятностью перестает быть неблагополучным, если привлечь в него средний класс, — отмечает архитектор. — Это создает дополнительные экономические возможности (места работы) для менее обеспеченных жителей и задает для них некий ориентир — когда рядом живут такие соседи, понимаешь, к чему можно стремиться».

Наркотики и криминал: как живут в Гарлеме

Beth J. Harpaz/AP

Чтобы не попадать в ловушку и не превратить район в гетто, нужно соблюдать принципы формирования городской среды. По словам Малеевой, к ним относятся: функциональное разнообразие, возможности для социального взаимодействия и способность территории приспосабливаться к изменениям и при необходимости самой себя обеспечивать.

Как пример района, который из гетто превратился в развитой и привлекательный квартал, эксперт приводит Гут Д’Ор:

«В этом парижском квартале исторически селились бедняки и иммигранты: в XIX веке — французские провинциалы и бельгийцы, в начале ХХ века — беженцы из Российской империи, в конце 1970-х годов — африканцы.

В 1982 году доли беднейших представителей рабочего класса и иммигрантов достигали 49% и 34,8% соответственно. До 36% жилого фонда составляли довоенные квартиры без удобств».

В итоге маргинализация квартала достигла критического уровня. Администрация города была вынуждена принять меры. Начался снос ветхих домов и возведение жилья, привлекательного для среднего класса: было ликвидировано 1,4 тыс. единиц жилья и построено 900 новых. При этом около 2/3 квартир предназначалось для наименее обеспеченных слоев населения.

В результате 60% жителей было расселено в новое жилье в пределах квартала. Кроме того, поскольку дома строились по принципу государственно-частного партнерства, часть жилья получила статус социального. Это помогло избежать джентрификации и в то же время привлечь средний класс, ставший, в свою очередь, стимулом к развитию квартала. Доля иммигрантов в 2012 году осталась той же, что и в 1982-м (35%), но уровень их достатка вырос. А доля представителей среднего класса выросла с 16% до 37%. При этом в районе стали активно открываться новые культурно-досуговые центры, рестораны и магазины, что привлекает в «Золотую каплю» бурный поток обеспеченных людей.

Источник новости

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.